Историко-культурный и краеведческий сайт «Бежецкий край»

logo_GL 3-ist imena kultura alm media

«Уважение к минувшему – вот черта, отличающая образованность от дикости» (А.С. Пушкин)


Бой с китайским флотом

@ Интернет публикация сайта «Бежецкий край», 2015 год.


Вячеслав Воробьев

БОЙ С КИТАЙСКИМ ФЛОТОМ

(Михаил Герасимович Веселаго)

 
VeselagoMG

Знаменитый морской род Веселаго дал России нескольких адмиралов и главного историографа нашего флота генерала по Адмиралтейству Феодосия Фёдоровича Веселаго. Многочисленные имения их находились в основном в Вышневолоцком и Весьегонском уездах Тверской губернии, но одно — Лучиха — в Бежецком.

Именно здесь-то и родился 7 ноября 1843 года в офицерской семье будущий полный адмирал Российского флота Михаил Герасимович Веселаго. Юношей он окончил Морской корпус в Санкт-Петербурге, командовал многими кораблями на Балтийском море, был офицером Гвардейского экипажа, участвовал в Русско-турецкой войне. Но его настоящая карьера военного моряка началась, когда ему было уже за пятьдесят.

В течение шести лет он командовал эскадренным броненосцем «Пётр Великий», которому полвека спустя даже довелось участвовать в Великой Отечественной войне. Последующие три года контр-адмирал Михаил Веселаго исполнял высокую должность начальника штаба Кронштадтского порта. И вот — резкая перемена в службе: его назначают младшим флагманом эскадры Тихого океана, и в 1900 году он участвует в событии исторического масштаба — подавлении Боксерского восстания в Китае.

Историки флота высоко оценивают его командные качества в очень непростой международной и военной обстановке. Дело в том, что по-восточному беспощадное и зверское восстание ихэтуаней затронуло безопасность тысяч иностранцев — европейцев и американцев, находившихся в Китае. Горели христианские миссии, разграблению подвергались не только частные дома, но дипломатические представительства, погибли сотни европейцев и американцев. Чтобы защитить их, международные коалиционные силы начали штурм Таку — морских ворот к Пекину. 17 июля контр-адмирал Веселаго погрузил на корабли десантные части: 9-й Восточносибирский стрелковый полк, забайкальских казаков 1-го Верхнеудинского полка, артиллерийскую и пулеметную батареи и возглавил на флагманском корабле «Наварин» боевой поход. Следом шли броненосец «Петропавловск», броненосный крейсер «Дмитрий Донской», канонерские лодки «Маньчжур», «Гремящий» и «Сивуч».

Ранним утром они столкнулись лицом к лицу с основными силами китайского флота. На палубах наших кораблей не было свободного места от людей и грузов. Ни о каком бое не могло быть и речи, поэтому Веселаго, желая сберечь корабли, экипажи и десант, просигналил китайцам, что русские разворачиваются и идут обратно в Порт-Артур. А своим офицерам сказал: «Мы сейчас транспорты, а не боевые корабли. Вернёмся в Артур, разгрузимся, тогда покажем косоглазым… Передать на корабли — готовность к повороту!» И вдруг, когда наши корабли уже начали разворот, с «Дмитрия Донского» по китайцам ударили… армейские пушки. Веселаго пришёл в бешенство: «Кто стрелял?!» Связной офицер сообщил, что командир десантников генерал Стессель /тот самый, который через четыре года позорно сдал японцам Порт-Артур и был приговорён к расстрелу за измену. — В.В./ приказал развернуть прямо на палубе полевую батарею. Сам генерал оседлал пулемёт, выпуская в волны очередь за очередью.

Происходившее после этого с трудом поддаётся описанию. Китайцы будто того и ждали: они начали беспощадный артиллерийский обстрел сначала «Дмитрия Донского», а потом и других наших кораблей с огромным сухопутным десантом и сотнями лошадей на палубах. Отвечать им было почти невозможно из-за паники солдат, страшной скученности и огромного числа раненых. Матросы не могли даже пробиться к орудиям, а обезумевшие пехотинцы начали стрелять даже по собственному капитанскому мостику, требуя прекратить бой и сдаться в плен. Перепуганный Стессель приказал спустить на «Дмитрии Донском» Андреевский флаг, но офицеры корабля вновь подняли его и открыли кингстоны, чтобы наш крейсер затонул, но не достался китайцам. Те не препятствовали этому, и корабль погрузился в воду, но прежде всё-таки удалось переправить на подоспевший крейсер «Россия», уцелевших десантников и моряков. А китайские крейсера приняли подошедшую к ним от «Донского» шлюпку, в которой находились генерал Стессель с кем-то из своего штаба и раненый командир корабля Шарон.

«Наварин» получил тяжелейшие повреждения, но сопровождавший его «Петропавловск» вёл такой жаркий огонь по китайским броненосцам, что те, не выдержав, отошли. С вечерним приливом наши израненные броненосцы втянулись во внутреннюю гавань Порт-Артура. Контр-адмиралу Веселаго удалось спасти основные силы эскадры, что было оценено командованием. Через короткое время его назначили комендантом крепости Таку, к которой так спешили его наткнувшиеся на китайский флот корабли, и которая всё же была взята войсками коалиции. Одновременно Михаил Герасимович командовал объединённым отрядом судов всех союзных держав на реке Пейхо.

Вскоре он получил перевод в столицу, чин вице-адмирала, в течение нескольких лет был старшим флагманом 1-й флотской дивизии Балтийского флота, а затем стал членом Главного военно-морского суда. Выйдя в 65 лет в отставку, жил в Петербурге, а после революции перебрался в Выборг. Большевики и там не дали ему покоя, и престарелый адмирал счёл за благо отплыть во Францию, сохранив жизнь себе и семье.

Знавшая его в Выборге Ирина Еленевская пишет в изданных в 1968 году в Стокгольме воспоминаниях: «Было очень интересно слушать старика, у которого был неиссякаемый запас воспоминаний и анекдотов. Он был свидетелем многих событий в течение последних трёх царствований и любил о них говорить».

В июле 1993 года мы с актрисой Маргаритой Тереховой поднимались по высоченной шаткой деревянной лестнице, прилепившейся снаружи к одетой в строительные леса колокольне Спасского собора Ярославского кремля. Маргарита намеревалась в этот день посетить отца Бориса Старка, но тот уехал из Ярославля на несколько дней по делам, и она, с присущей ей непредсказуемостью решила послать ему свой поклон колокольным звоном. Колокола уже были установлены, но звонов ещё не было. Маргарита сначала уговорила меня войти в сговор с ней, а потом использовала весь свой талант, напор и обаяние для того, чтобы уломать реставраторов — и над Ярославлем впервые за последние семьдесят с лишним лет поплыл малиновый звон. Как мы не сверзились с трапа с высоты нескольких десятков метров, когда пришло время спускаться на грешную землю, уму непостижимо. Но отец Борис, судя по сияющей Маргарите, услышал наш поклон и принял его.

Именно отец Борис, сын командира Сибирского флота адмирала Георгия Старка, уехавший во Францию 16-летним юношей в 1925 году и вернувшийся на родину в 1952-м, опускал в могилу на Сент-Женевьев-де-Буа два гроба — с телами тверского адмирала Михаила Герасимовича Веселаго и его жены Ольги Александровны. Летом 1946 года к нему обратилась графиня Ольга Алексеевна Игнатьева (между прочим, ржевская дворянка). Она попросила помочь ей перевезти на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, где в Никольском храме служил отец Борис, прах адмирала, умершего 20 сентября 1929 года в поезде по дороге из Ниццы в Париж и похороненного тогда на кладбище Батиньоль, а также его супруги Ольги Александровны, скончавшейся в 1944 году. Отец Борис выполнил её просьбу и перевез эти два гроба. При этом в его памяти всплыло одно событие двадцатилетней давности.

В конце февраля 1925 года он приехал с отцом в Ниццу, чтобы повидать родственников, с которыми в последний раз встречались задолго до революции. Приезд адмирала Старка с сыном, лишь полтора месяца назад вырвавшимся из Совдепии, вызвал интерес не только родных, но и старых сослуживцев. В один из вечеров собрался круг высокопоставленных посетителей. Среди них были управляющий делами ведомства Императрицы Марии тайный советник Владимир Константинович Кистер — сильно за 60 лет, бывший морской министр адмирал Степан Аркадьевич Воеводский — где-то около 80, наконец, самый старший — адмирал Михаил Герасимович Веселаго, которому было за 80. Увлёкшись воспоминаниями, Веселаго вдруг обратился к сидевшим вокруг него старцам (с точки зрения юноши) и сказал: «Ну, вы, молодёжь, этого не помните, а вот в наше время…» Бориса совершенно поразила эта фраза, обращённая к старцам-адмиралам и тайным советникам. Ни ему самому, ни кому-либо из присутствовавших в этот день за столом и в голову не могла прийти мысль, что через 20 лет Борис Старк, уже священник, будет переносить гроб с прахом этого почтенного ветерана парусного (!) флота и служить панихиду на его могиле. Впрочем, и собственного отца, и его брата Фёдора Оскаровича, участвовавших в беседе, пришлось отпевать также Борису.

 

© Воробьев В.М., 2015

© www.bezhkray.ru, 2015





         

**************

Материалы, размещенные на историко-краеведческом сайте "Бежецкий край" служат просветительским целям, предназначены для продвижения гуманитарных знаний, популяризации творчества авторов. Размещенные материалы не предназначены для какого либо коммерческого использования, при использовании материалов сайта, ссылка на авторов материалов и сайт "Бежецкий край" обязательна.

Администрация сайта с благодарностью примет все замечания и пожелания по работе сайта, сделает все возможное, чтобы предложенные материалы и информация были интересны и познавательны для посетителей, не нарушали авторское право и законные интересы третьих лиц, соответствовали действующему законодательству и этическим нормам.



SmartTop.info